Слепая жалость.

Идет жалость по свету. Тросточкой дорогу ощупывает. Кого встретит – милостыню просит. И благодарит всех подряд: и тех, кто подал, и тех, кто мимо прошел. Причем последних – особенно, желая им земных благ и Вечного спасенья.
Люди думают, что она слепая.
А жалость все видит.
Просто ей всех жалко.
И особенно тех, кто вообще ничего не подал ей...

Я не собиралась сдаваться, нет. Я должна была придумать новый план, найти выход из положения, найти кнопку «перемотки». Она должна была быть, просто обязана. На каждое действие есть обратное. На каждый яд – противоядие, на каждую атаку – контратака. В этом мире все парное. Каждый элемент имеет свою кристальную противоположность, и как бы парадоксально это не звучало, эта противоположность и есть пара данному явлению. Как огонь и лед, холод и жара, любовь и ненависть. Одно не может исключить другое, как огонь может уничтожить лед, так же лед в силах усмирить огонь. Как может любовь покорить ненависть, так и может ненависть сломать любовь. Что должно превалировать решает равновесие. Хрупкое, легко разрушаемое равновесие - это то, на чем держится наш мир. Баланс должен быть всегда соблюден. (с) Его ожившая мечта.

Люблю этот стих)

Когда моя кровь станет прозрачной,
Когда в зрачках застынет абсолютный ноль,
Когда я буду всем, и все будет мной,
Я получу то, над чем ты будешь долго смеяться -
Свой вечный покой.

А пока – посмотри, на губах моих кровь.
Я почти проиграл, я устал от боев.
Но я вижу в глазах ответ
Нет
И все понимаю без слов.

Дот хреново построен и будет пробит,
И было бы пошло подумать
что ты про меня вспоминаешь.
Снаряды крошат монолит,
В моем сердце лед превратился в гранит.
А камень не тает.

Посмотри, я почти проиграл,
Но за этим почти мой единственный шанс
Отыграться, остаться…

Ты слышишь? Будь на моей стороне!
Не слышишь? Значит виновен вдвойне.
Впрочем, неважно.
Мои баррикады всегда пустовали,
Не знаю глупее причин для печали,
Но ты… не стреляй в меня, слышишь?
Не будь среди тех, кто стреляет по мне.